**Дневник. 12 марта.**
Мы будем стареть вместе…
Ольга с Максимом влюбились друг в друга с первого взгляда. Познакомились они на юбилее подруги Ольги – двадцати пяти лет. Вуз девушка окончила недавно, но с подругой Верой поддерживала связь, хоть и виделись редко. Как отказаться от такого повода? Кроме Веры Ольга никого не знала, поэтому чувствовала себя неловко.
Одинокими в тот вечер оставались ещё девушка и парень. Ольга сразу заметила его. Он тоже словно был не на своём месте – пил мало, поглядывал на неё с интересом. Потом Вера попросила его спеть и принесла гитару. Максим не стал отнекиваться, взял инструмент, настроил и затянул хрипловатым голосом «Александру» — все тут же подхватили. Он пел, глядя на Ольгу, будто только для неё. Потом заиграла музыка, и гости пустились в пляс.
Максим подсел к Ольге.
— Ты подруга Веры?
— Да. Вместе учились.
— А я друг её парня. Работаем в одной конторе. Потанцуем?
— Нет, — мотала головой Ольга.
Дома она могла дурачиться под музыку, но в незнакомой компании стеснялась.
— Давай медленно. Пойдём.
Они кружились у самых дверей, чтоб не мешать.
— Когда Вера позвала меня, сказала — «Будет одна симпатичная». Я сразу понял, что это ты. Можно на «ты»?
— Думаю, она имела в виду Катю. Вон, смотрит на тебя. Может, её пригласишь?
— Возможно. Но ты мне с первой минуты понравилась. Для Кати кто-нибудь найдётся, — усмехнулся Максим.
Музыка гремела, говорить было трудно.
— Давай смоемся? Самое время, никто не хватится, — предложил он и потянул её в прихожую.
Ольга пришла последней, её куртка висела сверху. Максим отыскал свою, и они, как воры, выскользнули из квартиры. Только на улице рассмеялись, будто провернули аферу.
Мартовский вечер подморозил, и Ольга натянула капюшон — теперь хоть ветер, хоть снег. Шли, болтали. На прощание обменялись номерами, договорились встретиться завтра.
— Ты что, вечерами пропадаешь? У тебя парень? Боялась, после того провала ты ещё долго не решишься, — как-то спросила мать.
— Познакомлю, — пообещала Ольга.
Максим явился в выходные с тортом и цветами для мамы.
— По рассказам думала, ты постарше, — заметила та.
— Будем стариться вместе, — без тени смущения ответил он.
Стало ясно — он настроен серьёзно. Так и вышло. В июле сделал предложение, а в августе они сыграли свадьбу.
Родители Максима подарили молодых круглую сумму — на квартиру не хватало меньше половины. Решили не копить, взять ипотеку и купить. Редкий случай, когда всё свалилось разом: любовь, жильё, счастье. Через год ждали ребёнка. Чего тянуть?
Родился сын.
— Нет, дочку бы тоже любил. Но сын! Наследник! — ликовал Максим.
Он работал, Ольга сидела с малышом. Понимала, что муж устаёт, не грузила его бытом. Сашка рос спокойным, хлопот не доставлял. Бабушки работали, поэтому, когда подрос, отдали его в садик, а Ольга вышла на работу.
Как водится, в саду Сашка цеплял все вирусы подряд. Начальство Ольги косо смотрело на её больничные. Тогда с малышом стали сидеть по очереди с матерью, чтобы её не уволили.
Максим мечтал о машине, но Ольга уговорила подождать — только выплатили кредиты, а если её уволят? Он согласился скрепя сердце.
У Ольги давно ныл живот. Терпела — и так из-за Сашки часто отсутствовала, не хватало ещё самой разболеться.
В тот день боль усилилась к обеду. Коллега, заметив, как она сгибается, отругала и вызвала скорую.
Пока ждали, Ольга пыталась дозвониться до Максима — пусть заберёт сына. Но телефон был выключен. Он не любил, когда его отвлекали на работе. Написала смс — увидит, когда включит. Надеялась, что ничего серьёзного, скоро отпустит.
Но врач скорой даже разговаривать не стала — сразу в больницу. Приступ аппендицита, анализы, операция. Как очнулась, первым делом позвонила мужу. Всё ещё выключен. Через пятнадцать минут перезвонил сам — и тут же накинулся:
— Почему не предупредила?!
— Звонила — ты недоступен. Всё нормально. Операция. Забирай Сашку.
Представила, как сын придёт домой, а её нет — и едва не расплакалась. Они ни разу не расставались надолго. Написала Максиму: если не справится, пусть зовёт маму. Имела в виду свою, но он понял по-своему.
Ольге мерещилось, что Сашка плачет. Ворочалась, не могла уснуть. СправНо, проснувшись утром, она поняла, что жизнь продолжается — и ради сына, ради себя, ради этой хрупкой надежды на прощение, она сделает шаг вперёд.
