**5 марта.**
Давно живу в Питере, от родителей далеко. Сначала приезжал на все праздники, потом только в отпуск. Работа выматывала, времени не хватало. В последний раз был дома три года назад — на свадьбу младшего брата.
Две недели назад позвонил Витька, попросил приехать.
— С родителями всё нормально, но дело важное. Серёга, приезжай, как сможешь. Это и тебя касается, — загадочно бросил он.
Вообще, меня зовут Сергей. Но Серёга — коротко, привычнее. А Витька упорно называл меня по полному имени, будто подчёркивал: ты старший, ты должен.
Повод для поездки нашёлся — день рождения мамы. Юбилей не круглый, но важный. На работе отпросился на пятницу, ночью выехал в родной Нижний Новгород. С Витькой о дне рождения не договаривались — мог и забыть.
Впервые рискнул ехать на своей машине. Далековато, но удобнее, чем на поезде. Да и похвастаться хотелось. Родителей не предупредил — пусть будет сюрприз.
Во двор въехал под утро, ещё в темноте. Заглушил двигатель, откинулся на сиденье. В окнах свет не горел. Закрыл глаза. Решил не будить семью раньше времени, посидеть в тишине. Устал, голова гудела, но спать не хотелось.
«Мама наготовит всего, объешься до отвала. Прощай, диета, — усмехнулся про себя. — Ничего, потом разгрузочный день устрою, снова в зал запишусь».
Ностальгии по родному городу не испытывал. По родителям скучал, но давно оторвался от семьи, привык жить сам. Мама три года как на пенсии, отцу до неё ещё год. Здесь всё осталось прежним, будто я и не уезжал. Шумный, суетливый Питер нравился мне больше.
Ещё в школе решил, что уеду. Так и вышло. Сначала на учёбу, потом остался работать. Квартиру купил в ипотеку, ещё не выплатил. Недавно приобрёл подержанную «Ладу».
Что бы я делал здесь? Даже представить не мог. Разве что по Витьке скучал. Он родился, когда я пошёл в первый класс. Сначала мама просила принести бутылочку со смесью (своим молоком не кормила), потом — поменять подгузник. Постепенно я превратился в няньку. Мама оставляла Витьку на меня, когда шла в магазин или готовила. Позже — забирал его из садика, потом из школы, помогал с уроками…
Брат ходил за мной по пятам. Чтобы не ябедничал родителям, подкупал его конфетами или отдавал свои старые игрушки.
Так что я хорошо знал, что такое ребёнок. Не был против детей, но считал: рожать надо, когда действительно хочешь. Чтобы ребёнок был в радость, а не обузой.
Жениться тоже не спешил. Сначала встать на ноги. Мне всего тридцать три. Успеется. На женщин сейчас не положишься — насмотрелся, как подруги мучаются с изменами и разводами.
А Витьке уже двадцать шесть. Женился «по залёту». Его Настя — милая, простая девушка, с ямочкой на щеке. Их сыну, кажется, уже два года. Как время летит…
В старших классах у меня была первая любовь. Видел её три года назад, когда последний раз приезжал. Располнела, лицо осунулось, волосы крашеные. Муж — такой же, с пивным животом. Двое детей. Представил себя на его месте — сомнительное счастье.
Пока вспоминал, начало светать. Открыл глаза, тут же вспомнил, зачем приехал. В кухне зажегся свет, за занавеской мелькнула тень. Мама встала, наверное, завтрак готовит.
Вышел из машины, взял вещи и направился к подъезду. Дверь открыл сосед с таксой на поводке. Поздоровался, но тот даже не кивнул — не узнал или не захотел.
Лифт скрипел, будто вот-вот развалится. Стены исписаны и исцарапаны. Где-то здесь и Витька что-то оставил. Ага, вот: «Диман — козёл». Ухмыльнулся.
Лифт дёрнулся, будто передумал останавливаться, но всё же открыл двери. На площадке пахло едой, старым паркетом — знакомые запахи детства.
Ключ от квартиры не взял — не думал, что приеду так рано. Нажал звонок. Дверь приоткрылась. Мама секунду смотрела на меня, потом ахнула, распахнула дверь и обняла.
— Серёжа, почему не предупредил? Я звонила — ты не брал трубку.
— Занят был, забыл перезвонить, — соврал я, заходя в квартиру.
На вешалке — чужая куртка.
— У вас гости?
— Какие гости? Витька приехал. — Мама понизила голос. — С новой.
— Как? А Настя где? — удивился я, застыв с пальто в руках.
— Сейчас расскажу. Раздевайся, идём на кухню.
За столом сидел отец, в трениках и майке.
— Пап, привет. — Обнял его, чмокнул в щёку.
— Ну здравствуй. Мать, чаю налей. На поезде трясло?
— На машине.
— Купил? Теперь все на колёсах, пешком не пройти, — буркнул отец.
— Чего ты такой кислый с утра?
— А чему радоваться? Вон, наследник приехал. Жену с ребёнком бросил, новую привёл.
— Не нравится? — догадался я.
— Да мне-то что? Не мне с ней жить. Какая-то… ненастоящая.
— Меня обсуждаете? — В кухню вошёл Витька. — Серёга! Классно, что приехал. Я слышал, кто-то пришёл…
— Обсуждаем. Настю жалко, внука. Чего не сиделось? Чем эта фаянсовая кукла лучше? — хмуро спросил отец.
— Говорил же — не люблю её. Общего ничего нет.
— Когда ребёнка делал, любил, значит? А как родила — разлюбил? Разговоры ему нужны! Раньше надо было разговаривать, а не под юбку лезть.
— Настя хорошая, скромная, хозяйственная, — встряла мама.
— Алименты платишь? — спросил я.
— Куда денется? — ответил за него отец. — Попробовал бы не платить.
— Вы как сами? — решил сменить тему.
— Нормально. Вот отец на пенсию выйдет — на дачу переберёмся, внука к себе возьмём. Может, больше внуков и не будет. — Мама посмотрела на меня с вопросом.
— Держись, Серёга, сейчас до тебя доберутся, — усмехнулся Витька.
Он выглядел взрослее, волосы коротко стрижены.
Когда я уезжал, мама стояла на пороге с внуком на руках, а Витька с Настей переглядывались — может, и правда, не всё ещё потеряно.
